Несмотря на многократные попытки стереть с лица земли уникальную деревянную казачью церковь в Бериславе, её удалось сохранить для потомков.

В тёплое время года здесь всегда будто попадаешь в райский сад. Роскошные кусты роз, уютные заросли винограда, экзотические для наших мест хурма и инжир. «Это всё сам наш батюшка сажает. Он очень любит цветы, занимается виноградом — лично за всем следит», — с гордостью рассказывает прихожанка Свято-Введенской церкви, встретившая меня у входа.

— Если бы я не стал священником, посвятил бы свою жизнь аграрному делу, — делится мыслями настоятель храма, благочинный Бериславского благочиния, протоиерей Александр Михайленко. — Я люблю выращивать цветы и хочу, чтобы каждому человеку, заходящему в этот храм Божий, было хорошо не только духовно. Он ведь привлекает и грешника, и праведника — людей и злой, и доброй воли. И если верующего человека, местного или заезжего путника сможет порадовать такая красота, для меня это будет большой радостью. Кстати, некоторые люди просят у меня саженцы, и весной и осенью я делюсь с ними. Они посадят и, возможно, вспомнят обо мне, будут иметь у себя маленькую частичку этого храма.

Свято-Введенская церковь является одной из немногих дошедших до наших дней образцов деревянного запорожского зодчества. Как походный военный храм он был возведён в 1725 году в казачьей крепости Переволочной Полтавской губернии (ныне Днепропетровская область), на границе Запорожской сечи. В 1784 году казаки переправили храм по Днепру в Казикермен, который в том же году получил статус города и был переименован в Берислав. «Именно в то время по указу императрицы Екатерины началось заселение юга Украины, и полтавчане вместе с собой забрали эту святыню, — рассказывает отец Александр. — Существует две версии её доставки. Согласно первой, церковь была целиком сплавлена по Днепру, но в этом случае от неё остались бы одни щепки. Поэтому более достоверной я считаю вторую версию, согласно которой храм сначала разобрали, все части пронумеровали, сплавили на плотах и потом восстановили на новом месте».

Тогда церковь установили в центре города, на месте нынешнего районного дома культуры, и освятили в честь Воскресения Христова (Пасхи). В 1853 году, в разгар Крымской войны, по неизвестной доселе причине церковь перенесли за черту Бери­слава — на место, где было основано Введенское кладбище. Сам же храм переосвятили в честь Введения во храм Пресвятой Богородицы. На прежнем же месте была воздвигнута величественная церковь, которую позже советская власть сравняла с землёй.

Как и все другие православные святыни, в первой половине ХХ века Свято-Введен­ская церковь была закрыта. Незадолго до начала Второй мировой войны прозвучало даже предложение разобрать её на дрова и сжечь: деревья тогда были большой редкостью в степных краях. «Но Бог сохранил это святое место, — продолжает настоятель. — Духовная же жизнь в храме возродилась лишь с приходом немцев в 1941 году. Они нашли чудом выжившего отца Даниила, у которого был перебит позвоночник, и буквально заставили возобновить службу. Упокоился настоятель в 1960 году. Пережил храм и хрущёвское лихолетье. Как не обещал этот генсек, что к 1980 году всю духовность в СССР уничтожат, последняя церковь будет закрыта, а он покажет людям последнего попа, этого не произошло. Какие бы не были гонители, всё равно церковь Божья будет существовать до скончания века. И даже если к тому времени не останется храмов, обязательно сохранится общество людей, живущих Православием».

В 1947 году молния ударила в купол деревянной церкви, и он загорелся. Водоснабжения в городе не было, и чтобы погасить пожар, люди носили воду прямо из Днепра. Не удалось сохранить до наших дней большую часть церковной утвари, включая первоначальный иконостас. Во время закрытия храма в 1939-м настоятель раздал всё прихожанам на хранение «до лучших времён». Но далеко не все смогли пережить войну… Однако в интерьер храма всё же вернулось несколько уникальных икон XVIII века, а также напрестольный крест, подаренный запорожцами.

Сегодня Свято-Введенская церковь является охраняемым государством памятником архитектуры XVIII столетия. Но, по словам протоиерея Александра Михайленко, ни государство, ни власти не оказывают никакой помощи в реконструкции и сохранения храма. «В 1999-м представители местного отдела архитектуры принесли мне какую-то бумаженцию, где указывалось, что из Министерства культуры нам перечислено 10 тысяч гривен на восстановительные работы. Но те деньги до сих пор до нас так и не дошли, не знаю, в каком бюджете они растворились. Так что охраняется храм только на словах. Всё, что здесь делается, — исключительно за счёт пожертвований. А работы предстоит ещё много — храм проседает, и средств на его реконструкцию требуется немало», — говорит настоятель.

Следят в храме и за соблюдением норм безопасности. Тем более что в последние годы Украина успела потерять несколько уникальных церквей, в т. ч. деревянных, на западе страны. Здесь же недавно была заменена «престарелая» проводка, все источники энергии вовремя выключаются.

— Как Вы думаете, почему в советское время, несмотря на гонение на церковь, духовности в людях, как говорят сегодня многие, было гораздо больше, чем теперь? — спрашиваю у настоятеля напоследок.

— На этот вопрос ответы можно давать сутками, — признаётся отец Александр. — Скажу лично от себя. Наша демократия позволяет людям обходить как заповеди Божии, так и общепринятые нормы человече­ской морали. А это как вирус, поражающий сначала душу, а потом и тело. Люди утратили своё духовное начало. Посмотрите хотя бы на наш парламент — это же сборище какое-то, которое ведёт торговлю законами нашей страны и правами людей. Но чтобы реанимировать зараженное грехом общество, нужны стабильные законы и хорошая православная власть.

Олег БАТУРИН.

Фото автора.